Общество

Снег еще не выпал, но голые деревья, стылая земля замерли в ожидании зимы. Баба Валя кое-как открыла калитку, с трудом доковыляла до двери, долго возилась со старым, уже тронутым ржавчиной замком, зашла в свой нетопленый дом и села на стул у холодной печи.

В избе пахло нежилым. Она отсутствовала всего три месяца, но потолки успели зарасти паутиной, старинный стул жалобно поскрипывал, ветер шумел в трубе – дом встретил ее сердито: где ж ты пропадала, хозяйка, на кого оставила?! как зимовать будем?!

– Сейчас, сейчас, милый мой, погодь чуток, передохну… Затоплю, погреемся…

Еще год назад баба Валя бойко сновала по старому дому: побелить, подкрасить, принести воды. Ее маленькая легкая фигурка то склонялась в поклонах перед иконами, то хозяйничала у печи, то летала по саду, успевая посадить, прополоть, полить. И дом радовался вместе с хозяйкой, живо поскрипывал половицами под стремительными легкими шагами, двери и окна с готовностью распахивались от первого прикосновения маленьких натруженных ладоней, печка усердно пекла пышные пироги. Им хорошо было вместе: Вале и ее старому дому.

Рано схоронила мужа. Вырастила троих детей, всех выучила, вывела в люди. Один сын – капитан дальнего плавания, второй – военный, полковник, оба далеко живут, редко приезжают в гости. Только младшая дочь Тамара в селе осталась главным агрономом, с утра до вечера на работе пропадает, к матери забежит в воскресенье, душу пирогами отведет – и опять неделю не видятся. Утешение – внучка Светочка. Та, можно сказать, у бабушки выросла.

А какая выросла-то! Красавица! Глазищи серые большие, волосы цвета спелого овса до пояса, кудрявые, тяжелые, блестящие – сияние даже какое-то от волос. Сделает «хвост», пряди по плечам рассыплются – на местных парней прям столбняк нападает. Рты открывали – вот как. Фигура точеная. И откуда у деревенской девчонки такая осанка, такая красота? Баба Валя в молодости симпатичная была, но если старое фото взять да со Светкиным сравнить – пастушка и королева…

Умница к тому же. Окончила в городе институт сельскохозяйственный, вернулась в родное село работать экономистом. Замуж вышла за ветеринарного врача, и по социальной программе «Молодая семья» дали им новый дом. И что это за дом был! Солидный, основательный, кирпичный. По тем временам особняк целый, а не дом.

Единственное: у бабушки вокруг избы – сад, всё растет, всё цветет. А у нового дома внучки пока ничего вырасти не успело – три тычинки. Да и к выращиванию Светлана, прямо скажем, была особо не приспособлена. Она хоть девушка и деревенская, но нежная, бабушкой от любого сквозняка и тяжелого ручного труда оберегаемая.

Да еще сын родился, Васенька. Тут уж некогда садами-огородами заниматься. И стала Света бабушку к себе зазывать: пойдем да пойдем ко мне жить – дом большой, благоустроенный, печь топить не нужно. А баба Валя начала прибаливать, исполнилось ей 80 лет, и как будто болезнь ждала круглой даты – стали плохо ходить когда-то легкие ноги. Поддалась бабушка на уговоры.

Пожила у внучки пару месяцев. А потом услышала:

– Бабушка, милая, я тебя так люблю – ты же знаешь! Но что ж ты всё сидишь?! Ты ж всю жизнь работаешь, топчешься! А у меня смотри – расселась… Я хозяйство хочу развести, от тебя помощи жду…

– Так я не могу, внученька, у меня уже ножки не ходят… старая я стала…

– Хм… Как ко мне приехала – сразу старая…

От переживаний, что не справилась, не помогла любимой внучке, баба Валя совсем слегла. Ноги шаркали по полу медленно, не желая двигаться…

В общем, вскоре бабушка, не оправдавшая надежд, была отправлена восвояси и вернулась в родной дом. От переживаний, что не справилась, не помогла любимой внучке, баба Валя совсем слегла. Ноги шаркали по полу медленно, не желая двигаться, – набегались за долгую жизнь, устали. Дойти от постели до стола превратилось в трудную задачу, а до любимого храма – в непосильную.

Отец Борис сам пришел к своей постоянной прихожанке, до болезни деятельной помощнице во всех нуждах старинного храма. Внимательным глазом осмотрелся. Баба Валя сидела за столом, занималась важным делом – писала свои обычные ежемесячные письма сыновьям.

В избе холодновато: печка протоплена плохо. Пол ледяной. На самой теплая кофта не первой свежести, грязноватый платок – это на ней-то, первой аккуратнице и чистюле; на ногах стоптанные валенки.

Отец Борис вздохнул: нужна помощница бабушке. Кого же попросить? Может, Анну? Живет недалеко, крепкая еще, лет на 20 моложе бабы Вали будет. Достал хлеб, пряники, половину большого, еще теплого пирога с рыбой (поклон от матушки Александры). Засучил рукава подрясника и выгреб золу из печи, в три приема принес побольше дров на несколько топок, сложил в углу. Затопил. Принес воды и поставил на печь большой закопченный чайник.

– Сынок, дорогой! Ой! То есть отец наш дорогой! Помоги мне с адресами на конвертах. А то я своей куриной лапой напишу – так ведь не дойдет!

Отец Борис присел, написал адреса, бегло бросил взгляд на листочки с кривоватыми строчками. Бросилось в глаза – очень крупными, дрожащими буквами: «А живу я очень хорошо, милый сыночек. Всё у меня есть, слава Богу!» Только листочки эти о хорошей жизни бабы Вали – все в кляксах размытых букв, и кляксы те, по всей видимости, соленые.

Анна взяла шефство над старушкой, отец Борис старался регулярно ее исповедовать и причащать, по большим праздникам муж Анны, дядя Петя, старый моряк, привозил ее на мотоцикле на службу. В общем, жизнь потихоньку налаживалась.

Внучка не показывалась, а потом, через пару лет, и тяжело заболела. У нее давненько были проблемы, и свои недомогания она списывала на больной желудок. Оказался рак легких. Отчего такая болезнь ее постигла – кто знает, только сгорела Светлана за полгода.

Муж буквально поселился на ее могиле: покупал бутылку, пил, спал прямо на кладбище, просыпался и шел за новой бутылкой. Четырехлетний сын Вася оказался никому не нужен – грязный, сопливый, голодный. Взяла его Тамара, но по своей многотрудной деятельности агронома внуком ей заниматься было некогда, и Васю стали готовить в районный интернат.

И тогда в коляске старого «Урала» к дочери приехала баба Валя. За рулем восседал толстый сосед дядя Петя, одетый в тельняшку, с якорями и русалками на обеих руках. Вид у обоих был воинственный. Баба Валя сказала коротко:

«Пока я жива, Васеньку в интернат не отдам», – отрезала бабушка.

– Я Васеньку к себе возьму.

– Мам, да ты сама еле ходишь! Где тебе с малым справиться! Ему ведь и приготовить, и постирать нужно!

– Пока я жива, Васеньку в интернат не отдам, – отрезала бабушка.

Пораженная твердостью обычно кроткой бабы Вали, Тамара замолчала, задумалась и стала собирать вещи внука.

Дядя Петя довез старого и малого до хаты, выгрузил, а потом почти на руках транспортировал обоих в избу. Соседи осуждали бабу Валю:

– Хорошая такая старуха, добрая, да, видимо, на старости лет из ума выжила: за самой уход нужен, а еще ребенка привезла… Это ж не кутенок какой… Ему забота нужна… И куда только Тамарка смотрит!

После воскресной службы отец Борис отправился к бабе Вале с недобрыми предчувствиями: не придется ли изымать голодного и грязного Ваську у бедной немощной старушки?

В избе оказалось тепло, печь основательно протоплена. Чистый, довольный Васенька на диване слушал пластинку со старинного проигрывателя – сказку про Колобка. А бедная немощная старушка легко порхала по избе: мазала перышком противень, месила тесто, била яйца в творог. И ее старые больные ноги двигались живо и проворно – как до болезни.

– Батюшка дорогой! А я тут это… ватрушки затеяла… Погоди немножко – матушке Александре и Кузеньке гостинчик горяченький будет…

Отец Борис пришел домой, еще не оправившись от изумления, и рассказал жене об увиденном. Матушка Александра задумалась на минуту, потом достала из книжного шкафа толстую синюю тетрадь, полистала и нашла нужную страницу:

«Старая Егоровна отжила свой долгий век. Всё прошло, пролетело, все мечты, чувства, надежды – всё спит под белоснежным тихим сугробом. Пора, пора туда, где несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание… Как-то метельным февральским вечером Егоровна долго молилась перед иконами, а потом легла и сказала домашним: “Зовите батюшку – помирать буду”. И лицо ее стало белым-белым, как сугробы за окнами.

Домашние позвали священника, Егоровна исповедалась, причастилась, и вот уже сутки лежала, не принимая ни пищи, ни воды. Лишь легкое дыхание свидетельствовало: душа еще не улетела из старческого неподвижного тела.

Дверь в прихожей раскрылась: свежий порыв морозного воздуха, младенческий крик.

– Тише, тише, у нас тут бабушка умирает.

– Я ж младенцу не заткну рот, она только что родилась и не понимает, что плакать нельзя…

Из роддома вернулась внучка старой Егоровны, Настя, со смешным, красненьким еще младенцем. С утра все ушли на работу, оставив умирающую старушку и молодую мамочку одних. У Насти еще толком не пришло молоко, сама она, неопытная, не умела пока приладиться к дочери, и младенец истошно орал, сильно мешая Егоровне в ее помирании.

Умирающая Егоровна приподняла голову, отсутствующий блуждающий взгляд сфокусировался и обрел ясность. Она с трудом села на кровати, спустила босые ступни на пол и стала шарить слабой худой ногой в поисках тапок.

Когда домашние вернулись с работы, дружно отпросившись пораньше по уважительной причине (умирающая, а может, уже испустившая последний вздох бабушка), то обнаружили следующую картину: Егоровна не только не собиралась испускать последнего вздоха, но, напротив, смотрелась бодрее обычного.

Она решительно передумала помирать и бойко ходила по комнате, баюкая довольного, умиротворенного наконец младенца, в то время как обессиленная внучка отдыхала на диване».

Александра закрыла дневник, глянула на мужа, улыбнулась и закончила:

– Моя прабабушка, Вера Егоровна, меня очень полюбила и просто не могла позволить себе умереть. Сказала словами песни: «А помирать нам рановато – есть у нас еще дома дела!» Она прожила после этого еще десять лет, помогая моей маме, а твоей теще Анастасии Кирилловне растить меня, свою любимую правнучку.

И отец Борис улыбнулся жене в ответ.

Источник Православие.RU

Нам важна и необходима Ваша поддержка!


Храм Святого Пророка Илии села Тёмкино, Вяземской епархии, просит помощи для строительства воскресной школы для детей.
Да благословит вас Господь!
Подробно ->
Общество
01 декабря 2018

Социальные сети и их влияние на общество

Биофизик, специалист в области биоэтики, доктор наук Вирджилиу Георге объясняет, каким опасностям подвергаются люди, пользующиеся социальными сетями онлайн, и как изменяется кора головного мозга детей в результате использования данных технологий.

Духовная жизнь
29 ноября 2018

Строить свой дом и быть счастливым человеком

К сожалению, пристрастия наши столь сильны, что мы не можем их преодолеть. По идее, как это должно было бы быть, самой главной мотивацией нашей жизни должна быть наша вера.

Духовная жизнь
28 ноября 2018

Что нужно успеть каждому в Рождественский пост

Рождественский пост – один из четырех многодневных постов Православной Церкви – продолжается с 28 ноября по 6 января включительно.

Пост – это не только время воздержания от того или иного вида пищи, но и повод чаще ходить в храм. Если ритм жизни не позволяет быть на службе каждый день, какие дни для этого лучше выбрать?

Постный стол

Соблюдение Рождественского поста в пищевом отношении относительно несложно. В 33-й главе Типикона, в которой речь идет обо всех постах года, предлагается такая схема: по субботам и воскресеньям разрешается рыба, по понедельникам, вторникам и четвергам – пища с растительным маслом и вином, по средам и пятницам – сухоядение. Если на будний день попадает память славословного или полиелейного святого, в понедельник, вторник и четверг разрешается рыба, в среду и пятницу – масло и вино. В случае, если накануне среды или пятницы совершается Всенощное бдение, в эти дни также разрешается рыба.

В той же книге в указаниях на 14 ноября (день накануне поста по ст.ст.) можно найти более строгий устав, по которому рыбу разрешено есть только по субботам и воскресеньям, на Введение во храм Пресвятой Богородицы и еще в 9 дней, когда празднуется память великих святых, если они придутся на вторник или четверг. Со 2 января по этой версии устава рыбу нельзя есть вовсе. Там же содержится отсылка к еще более строгому уставу.

Такие разночтения связаны с наличием двух традиций – более мягкой студийской и более строгой иерусалимской. Иерусалимский устав – устав монахов-отшельников, предполагавший более строгий пост и более продолжительные богослужения – со временем стал господствующим в Церкви, однако к реалиям современной жизни ближе Студийский устав, выработанный монахами городского монастыря.

Фактически большинство православных христиан не вникают в эти тонкости и едят рыбу каждый день, кроме среды и пятницы, когда переходят на пищу с елеем. В Сочельник (Навечерие Рождества – 6 января) трапеза поставляется один раз, вечером (либо после Литургии), без масла. Впрочем, не так интересны пищевые особенности поста, как богослужебные.

Богослужения Рождественского поста

4 декабря – Введение во Храм Пресвятой Богородицы, накануне совершается Всенощное бдение. Введение – двунадесятый праздник, один из особенно почитаемых. В этот день празднуется, как Пречистую Богородицу в трехлетнем возрасте праведные Иоаким и Анна привели в храм и посвятили Богу. В праздник Введения Богородицы во храм в храмах на всенощной, во время елеопомазания начинают петь Рождественский канон.

Всенощное бдение совершается также накануне:
18 декабря – память прп. Саввы Освященного
19 декабря – память свт. Николая Чудотворца – т. н. «Никола Зимний»
Полиелей бывает накануне:
29 ноября – память апостола и евангелиста Матфея
2 декабря – память свт. Филарета Московского
6 декабря – память св. блгв. кн. Александра Невского / свт. Митрофана Воронежского
10 декабря – празднование в честь иконы Божией Матери “Знамение” (может совершаться бдение)
13 декабря – память апостола Андрея Первозванного
17 декабря – память вмц. Варвары
26 декабря – память мчч. Евареста, Авксентия, Евгения, Мардария и Ореста
2 января – память св. прав. Иоанна Кронштадтского
3 января – память свт. Петра Московского

Исповедь Рождественским постом

Исповедь Рождественским постом Время поста – время более усиленной молитвы и глубокой исповеди. Исповедоваться в большинстве храмов можно на каждой вечерней службе, но лучше заранее узнать время исповеди в своем храме.

История
27 ноября 2018

Воспоминания схиархимандрита Илия (Ноздрина) о войне

В этом году исполнилось 75 лет первому салюту в Великой Отечественной войне. 5 августа 1943 г. наш народ праздновал освобождение Орла.

Святые и святыни
26 ноября 2018

Свято-Троицкий собор

Свято-Троицкий собор - главный собор города Вязьмы Смоленской области. Расположен на Соборном холме на левом берегу реки Вязьмы, на территории Вяземской крепости. Играет доминирующую роль в панораме города при подъезде с северной стороны.

Семья
26 ноября 2018

Радуйтесь

В издательстве Сретенского монастыря вышла книга Надежды Тузинайте «Радуйтесь».

Наш адрес

Россия, Смоленская область,
пос. Темкино, ул. Советская, 25а